22:09 

Мой любимый художник - 2 (Глава 4)

Можно ли простить врага? - Бог простит! Наша задача организовать их встречу.
Глава 4


В небольшой квартире на окраине города царил полумрак. Плотные шторы темного оттенка не позволяли лучам восходящего солнца пробиться внутрь и осветить каждый уголок мрачного жилища.

Словно черный кот, он неслышно подошел к маленькому столику, на котором стопками лежали газеты и толстые желтые конверты. Последние фотографии получились нечеткими, смазанными, а все из-за того, что он постоянно отвлекался на посторонние вещи. Как, например, этот официант – ходил от одного столика к другому, протирал столешницы, и время от времени подходил к объекту. Последнее беспокоило больше всего. Он занял не очень удобную позицию, и навязчивый офицантишка закрывал ему весь обзор. Но все же кое-что ему удалось заснять.

И сейчас он сидел на старом табурете возле столика и внимательно смотрел на два желтых конверта, что лежали поверх стопки вчерашних газет. Сегодняшние номера почта еще не поставляла. Да и не мудрено, ведь на часах было всего без десяти шесть утра. Ранние майские рассветы раздражали его, однако зимой вести наблюдение за объектом было гораздо сложнее. А ради легкой добычи он был готов не спать сутками, и в такие моменты силы не подводили его.

Он усмехнулся. Несмотря на то, что с приходом весны дни стали длиннее, а ночи, соответственно, сократились, и наблюдать за объектом в светлое время суток ему совершенно не нравилось, были в этом кое-какие плюсы.

Например, его редко кто замечал на улице. Обычно никто не приглядывался к нему, мало ли сколько таких, как он, ходило по городу. Обычная одежда – джинсы, футболка – делала его абсолютно незаметным среди городских жителей.
А еще люди ничего не боялись среди бела дня. Они считали, что пока светит солнце, с ними ничего не может случиться.

Он хмыкнул, надрывая первый пакет, на котором простым карандашом была отмечена дата – двадцать восьмое марта.

На стеклянную столешницу выпали и тут же веером рассыпались черно-белые снимки. Все правильно, полтора месяца назад его рабочий фотоаппарат находился в ремонте, поэтому пришлось пользоваться невиданным старьем, работавшим еще с пленкой. Однако процесс создания фотографий ему безумно понравился. Было в нем что-то загадочное: инфракрасное излучение, белые листы в лотках с проявителем, на которых медленно появлялось изображение. Все как в старых фильмах, которые он любил. Эти фотографии были для него чем-то особенным. Первые снимки объекта, первое знакомство с ним через черно-белый экран. Иногда ему казалось, что подобные фотографии имеют особенную ценность, и их нельзя расцветить или же заменить искусственным цифровым фото, хотя последнее имело гораздо больше удобств в использовании.

Аккуратно разложив на столике все четырнадцать фото по семь в ряд, он принялся рассматривать их.

Двадцать восьмое марта.

Черный «Вольво» только что подъехал к своему дому. Благодаря тому, что город неимоверно разросся, рядом с домом объекта появилось много удобных позиций, с которых можно было незаметно вести наблюдение. Двое взрослых – родители – и сам объект. Он чуть наклонил голову, внимательно вглядываясь в стоящего возле машины мальчишку. Самый обычный, ничем не примечательный. И если бы не блокнот, который объект все время держал в руках, вряд ли бы его, как наблюдателя, могло что-то заинтересовать.

На следующем снимке все три объекта направлялись по небольшой тропинке через сад в дом. Мужчина несколько раз возвращался за вещами, а когда последний чемодан оказался доставленным на место, он отогнал машину в гараж. Женщина же несколько раз что-то спрашивала у объекта, долго искала ключи в сумке и выглядела очень взволнованной.

На остальных двенадцати фото присутствовал только объект. Вот он гуляет по саду, осматриваясь. Вот сидит в маленькой беседке, что вся заросла плющом, и из-за которого его практически не было видно. Вот он стоит возле двери, ведущей в дом. Объект за калиткой.

В этом месте он ухмыльнулся – мальчишка пробыл за калиткой всего несколько секунд, после чего быстро вернулся в сад, принимаясь зарисовывать деревья. Он ни на секунду не выпускал альбом из рук, постоянно делая в нем какие-то зарисовки.

Определенно художник.

У него был нюх на талантливых подростков, но такой ему попался впервые.

Он разглядывал каждую фотографию очень внимательно, запоминая черты лица, одежду, и прочие детали. Затем, потушив в пепельнице окурок, он поднялся и подошел к окну. Протянув руку, он уже было собрался одернуть плотную тяжелую штору, но так и застыл, погрузившись в свои мысли.

Это был его седьмой объект. Седьмой раз он кропотливо собирал информацию, создавая досье по крупицам, чтобы не вызвать подозрений у окружающих. В который раз он неподвижно застывал, скрытый зеленой листвой кустов, чтобы незаметно сфотографировать объект в привычной обстановке. А сколько раз он следовал за ним, чтобы изучить манеру поведения, жесты, привычные маршруты следования в то или иное место, будь то школа, баскетбольная площадка или же парк. В этот раз объект изменил своему обычному распорядку дня, посетив кондитерскую в старом районе города.

Он был вынужден использовать транспорт для передвижения. А так же обнаружить себя, зайдя в кофейню. Однако рассчитывать на то, что объект заметил его, было бесполезно. Бестолковый официант навязчиво крутился то возле него, то, время от времени, подходил к наблюдаемому столику и донимал объект различными вопросами. Из-за чего фотографии получились нечеткими, смазанными и просто раздражали своим непрофессионализмом.

Он вернулся к столику и снова уселся на табурет. Нераспечатанным оставался еще один конверт. Такой же желтый, только чуть потоньше. На шероховатой поверхности стояла лишь одна цифра – одиннадцать.

Фотографий в нем было всего пять, но что это были за снимки. Он открыл конверт, осторожно вытряхивая фотографии – цветные, четкие. Объект на них можно было рассмотреть с разных сторон. Он ухмыльнулся. Чтобы сделать такие снимки, пришлось хорошенько постараться, но оно того стоило. Даже то, что однажды он едва не свалился с дерева, ободрав при этом руки и оцарапав лицо. Но все это были несущественные мелочи. Чувство удовлетворения от результата стоило таких жертв.

Вот мальчишка стоит возле школы, рядом ним еще какой-то долговязый тип. Этот «фитиль» в тот день практически не отходил от объекта ни на шаг, да и вел себя как-то слишком подозрительно, все время озираясь по сторонам, но снимок получился более чем удачным – объект смотрел прямо в камеру. Пожалуй, из всех самых удачных фотографий, эта являлась просто шедевром.

Прогулки по аллеям старого города доводили до бешенства, однако, несколько дней в непрерывном наблюдении не прошли даром. Он сумел вычислить несколько необходимых адресов без особенных усилий, а так же присмотреться к своему объекту повнимательнее.

И вот сейчас он держал в руках снимки, которые могли в деталях рассказать ему о жизни мальчишки. И это было именно то, что надо.

Достав из пачки очередную сигарету, он задумался, глядя на этого мальчишку. Раздражение и злость медленно, но верно набирали свои обороты.

Обычный, ничем не примечательный подросток ходит по улицам этого города, дышит одним с ним воздухом, может заниматься тем, что ему нравится! Он спокойно живет, не думая ни о чем! Живет! А Лео нет…

А ведь Лео тоже мог бы сейчас быть рядом с ним. Мог бы так же учиться и встречаться с кем-нибудь и, самое главное, рисовать. Но вместо него это делает кто-то другой!


Сигарета в руках превратилась в комок мусора. Он бросил ее в пепельницу и вытащил другую. Затем закрыл глаза и принялся считать, успокаивая разошедшиеся не на шутку нервы. Когда же счет дошел до пятидесяти, он выдохнул и остановился. Сигаретный дым быстро расползся по квартире, забивая собой все уголки и щели.

На столике, рядом с фотографиями и старой прессой, стояла небольшая фотография в черной рамке. Шестнадцатилетний юноша загадочно улыбался, держа в руках маленького черно-белого щенка.

@темы: Мой любимый художник - 2, Kuroko No Basuke

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Внутри и снаружи...

главная