Можно ли простить врага? - Бог простит! Наша задача организовать их встречу.
Глава 6


Две последующие недели оказались суматошными и насыщенными разными событиями. Меньше всего Куроко мог ожидать того, что за все четырнадцать дней он не сможет притронуться к альбому и карандашам, а все из-за настырного и неугомонного одноклассника, который не давал ему расслабиться ни на секунду.

День начинался с того, что под подушкой упрямо звенел телефон, и не ответить на него было нельзя, иначе звонки повторялись снова и снова. Иногда Куроко целенаправленно отключал мобильник, чтобы хоть немного продлить утренний сон, но стоило ему только закрыть глаза, чтобы подремать еще полчаса, как в комнату заходила мама и начинала будить его. В какой-то момент Куроко подумал, что Ито был в сговоре с его матерью – иначе как можно было объяснить столь скверные моменты с его пробуждением. День за днем его будили либо мама, либо телефонный звонок, отвечать на который не требовалось, достаточно было сбросить и проснуться.

В школе не было свободного момента, чтобы мальчишка не пытался с ним заговорить, и у него это неплохо получалось. Сначала Куроко нехотя отвечал на его вопросы, стараясь как можно быстрее уйти от разговора, но настойчивость и терпение Ито не имели границ. Мальчишка словно задался целью расшевелить его. И Тэцу, незаметно для себя, начал поддаваться этому упорству.

После уроков они непременно гуляли по городу, затем расходились по домам, чтобы через несколько часов снова встретиться и продолжить прогулку. Несколько раз Куроко предлагал однокласснику сходить на баскетбольную площадку, на что тот отмахивался и всячески отказывался от предложения.

- Вот скажи мне, что там может быть интересного? А, Тэцу? – мальчишка, не стесняясь, звал его по имени, как самого лучшего друга. И, как ни странно, Куроко не возражал.

- Можно посмотреть, как ребята играют в баскетбол, это же очевидно.

- И что, ты считаешь, что это интересно? – не скрывая эмоций, удивлялся Ито, шагая рядом.

- А разве нет? Люди в движении – это же так красиво, а особенно сильные люди. Напряжение, энергетика, мускулистые тела. Такое даже рисовать приятно, не говоря уже о том, чтобы просто…

- Так-так, я все понял, - нахмурившись, Ито спрятал руки в карманы и демонстративно отвернулся. – Значит, тебе не интересно гулять со мной?

Куроко почувствовал себя неловко. Оглянувшись по сторонам, он остановился. Сделав несколько шагов, остановился и мальчишка.

- Извини, я не хотел тебя обидеть, - подходящие слова совершенно не желали приходить в голову. – Просто мне нравится баскетбол, мне нравится зарисовывать играющих парней. Глядя на них, я чувствую приток вдохновения.
- Знаю-знаю. Как начнешь рисовать, так тебя и не остановишь, - насупился мальчишка.

- Ну, прости, что поделать. Я люблю рисовать, я хочу стать художником.

- Это я заметил. И все же в городе полно классных мест, где можно устроиться с удобствами и порисовать. Что скажешь, если мы сходим в тот новый парк?

Куроко помнил предложение Ито сходить в недавно отстроенный парк в северо-западном районе города. Еще несколько дней назад мальчишка предложил ему прогуляться туда, но Куроко, сославшись на головную боль, отказался от длительного похода. И вот сейчас Ито снова вспомнил об этом парке, приглашая Куроко пойти с ним. Второй раз отказываться было неприлично, поэтому Тэцу глубоко вздохнул, пожалев, что в очередной раз не прихватил альбом и карандаши, кивнул в знак согласия.

- Вот и отлично, - обрадовался мальчишка, подбираясь к другу поближе. – По пути можно заскочить в какое-нибудь кафе, перекусить. Ты не против?

- Нет, - обреченно выдохнул Тэцу. – Но я должен зайти домой, чтобы предупредить маму. Иначе она весь город на уши поднимет.

- Так позвони ей, в чем проблема?

Говорить о том, что он собирался прихватить скетчбук, не хотелось, но Куроко не желал обманывать одноклассника, поэтому честно признался в своих намерениях. Мальчишка, состроив недовольную физиономию, еще некоторое время упрямо молчал, но потом согласился, и они вместе отправились на ближайшую остановку.


Как назло автобус оказался заполнен до отказа. Протиснувшись между двумя женщинами в строгих деловых костюмах, Куроко оказался прямо перед Ито. Между ними совсем не было свободного пространства, и Тэцу порадовался, что все-таки не взял с собой альбом. В такой давке тот непременно помялся бы. И все рисунки… Несколько раз автобус качнуло, отчего он едва удержался на ногах, хотя и был зажат со всех сторон. На очередном повороте Тэцу почувствовал, как его аккуратно обняли за талию и прижали к себе. Кажется, он покраснел до кончиков ушей. Жаль, что нельзя было даже взглянуть на себя в стекло. Он стоял, прижавшись к Ито, и думал о том, чтобы автобус как можно скорее доехал до нужной остановки. А народ все прибывал и прибывал, смещая их вглубь автобуса, сближая все больше и больше. И вот уже Тэцу едва держится на ногах, вцепившись в куртку одноклассника, а тот, в свою очередь, обнимает его, крепко прижимая к себе.

- Ты живой там? – внезапно раздалось над ухом.

- Почти, - тихо ответил Куроко, надеясь, что Ито услышит его.

- Скоро уже приедем.

И Куроко почувствовал, как парень провел ладонью по его спине. А следом за этим прикосновением сразу же толпой понеслись мурашки, заставляя дернуть плечами, чтобы согнать странное чувство. Всю оставшуюся дорогу он старательно думал только о том, когда же наконец сможет выбраться на площадку, чтобы от души порисовать, а может быть, даже встретить того самого хмурого парня. В кармане настойчиво вибрировал телефон, но не было никакой возможности достать его и ответить на звонок. Это немного нервировало – каждый раз, когда не получалось ответить на звонок, он начинал придумывать всякую ерунду, которая могла бы, по его мнению, случиться с кем-то из семьи.

И когда они благополучно вывалились из автобуса на залитую солнцем остановку, Куроко тут же достал телефон, но отвечать было некому. То есть пропущенные звонки были, целых восемь, но кому отвечать, Тэцу не знал. Номер оказался анонимным. Пожав плечами, он убрал телефон обратно в карман и огляделся.

В этом районе он оказался впервые. Они не были здесь ни разу, даже с Кисэ. Однако Ито уверенно шагал вперед, удерживая его за руку и утягивая за собой в бесконечный человеческий поток. Куроко старался поспеть за товарищем, постоянно отвлекаясь на то, чтобы получше рассмотреть какое-нибудь здание или же людей, которых было невообразимо много. Столько людей он никогда не видел в своей жизни – в Которе все было совершенно другим, даже люди разительно отличались от тех, что он сейчас видел перед собой. Те черногорские загорелые юноши и девушки, мужчины и женщины всегда были радостными и счастливыми. Эти же люди были сосредоточены, торопились куда-то по своим делам и совершенно не замечали ничего вокруг себя.

Внезапно Куроко выдернул руку из руки Ито и остановился. На мгновение ему вдруг стало страшно в этом огромном человеческом потоке. Остро захотелось вернуться домой, в свой спокойный и тихий район, прогуляться до кондитерской, посидеть в прохладной тишине, под жужжащие вентиляторы, раскрыть альбом и набросать того, кто будет сидеть напротив за соседним столиком.

- Эй, Тэцу, ты чего? – голос раздался откуда-то издалека, выдергивая его из собственных мыслей. – С тобой все нормально? Тэцу!

Он стоял и смотрел на одноклассника, стараясь прийти в себя, совладать с нахлынувшим внезапно чувством страха перед толпой.

- Тэцу, - чуть тише снова позвал его Ито. – Все в порядке?

- А, да, - наконец-то справившись с эмоциями, Куроко постарался улыбнуться, чтобы успокоить обеспокоенного товарища. – Мы идем?

Как обычно, театрально закатив глаза, мальчишка снова взял его за руку, и они продолжили свой путь в парк.


Телефон разрывался от входящих звонков уже почти полчаса, а Куроко даже не хотел отвечать на них. Анонимный номер, с которого поступал вызов, не унимался, продолжая монотонно отзываться гудением каждые пять минут. Они гуляли по парку до самого вечера. Все это время Ито держал его за руку, не отпуская ни на секунду, и даже когда Куроко попросил немного отдыха, они уселись на скамейке в тени раскидистых деревьев, мальчишка продолжал держать. Огромная территория парка скрывалась в зелени деревьев, на детских площадках во всю резвились дети, за которыми присматривали родители.

- Ты чего на звонки не отвечаешь? – усевшись на скамейке и вытянув ноги, Ито заинтересованно посмотрел на рюкзак одноклассника, внутри которого настойчиво вибрировал телефон.

- Не хочу.

- А если это что-то срочное? – не успокаиваясь, продолжал любопытствовать мальчишка.

- Анонимный номер не может нести срочный вызов. Если бы что-то случилось, я бы знал, кто мне звонит.

- Странный ты. А что если что-то случилось, а нужного телефона под рукой не оказалось? Всякое ведь может произойти.

Куроко недоверчиво посмотрел на одноклассника, но телефон все-таки вытащил. Неизвестный номер в тысячный раз пытался дозвониться, отчего телефон вибрировал в ладони.

- Алло.

Но на том конце связи висела тишина. Ни шороха, ни звука, не было слышно даже дыхания – как будто там не было совершенно ничего. Ему вдруг стало не по себе.

- Я слушаю вас, - но ничего не изменилось.

Резко нажав отмену вызова, Куроко бросил телефон в рюкзак, ощущая внутреннюю тревогу. Гулять по парку больше не было желания. Захотелось срочно вернуться домой, увидеть маму и папу, позвонить Кисэ, но как обычно поговорить с Мидоримой. Всего за каких-то несколько мгновений Тэцу испытал такой спектр чувств и ощущений, что ни один поход на баскетбольную площадку, ни одно вдохновение не смогло бы сравниться с этим состоянием. Он сидел на скамейке, уставившись в одну точку, и думал о том, как уговорить товарища вернуться домой. Однако ему совершенно не пришлось ничего делать.

- Пойдем, - и мальчишка, встав со скамейки, потянул его, приглашая пойти следом за ним.

- Куда? - Куроко в недоумении смотрел на одноклассника.

Хотелось уйти, но в то же самое время очень хотелось остаться и побыть здесь еще немного. Зеленые деревья, что отбрасывали ажурные тени на аккуратную тротуарную плитку, спокойствие, разбавленное детскими голосами, смехом и играми, яркое солнце, что пропускало свои лучи сквозь густую листву – все это создавало приятную атмосферу, в которой можно было расслабиться и нарисовать что-то романтичное и легкое. По дороге в парк Куроко все же упросил приятеля зайти в ближайший магазин, чтобы купить бумагу и несколько карандашей на всякий случай. И хоть Ито демонстративно дулся, изображая обиженного и оскорбленного, все же пошел с ним и даже помог выбрать подходящие карандаши.

- Домой. Я же вижу, что происходит. Ты меня не слушаешь, весь какой-то нервный. Да и эти звонки. Пойдем. Чего зря терять время? В следующий раз пойдем гулять туда, куда скажешь.

Куроко смотрел на приятеля снизу вверх и пытался понять, действительно ли Ито был на него обижен или же, как обычно, дурачился, пытаясь прикинуться несчастным. Но в этот раз, похоже, все было всерьез.

- Давай побудем здесь еще немного. Тут очень красиво.

- Подумаешь…красиво. Тебе же все равно безразлична эта красота, - буркнул мальчишка, отворачиваясь и принимаясь искать что-то в своем рюкзаке.

Он еще что-то ворчал себе под нос, но Куроко не мог разобрать, что именно. Стараясь не думать о том, что Ито действительно на него обиделся, он тихо достал лист бумаги, подложил под него учебник и принялся быстро зарисовывать одноклассника. Такого, каким он видел его – обиженного, смотрящего куда-то вдаль, сжавшего кулаки, напрягшегося в ожидании ссоры. Карандаш бегал по бумаге, нанося штрих за штрихом. Грифель шуршал по белоснежной поверхности, а Тэцу уже во всю увлекся детальной прорисовкой образа. Движение за движением, и на поверхности листа появлялся мальчишка в короткой куртке, с рюкзаком за плечами, с растрепанной шевелюрой. Он смотрел куда-то вперед, приложив ладонь ребром ко лбу, чтобы отгородить глаза от заходящего солнца, что огромным диском повисло над горизонтом. А в небе над ним парили бумажные самолетики, и один из них уже упал к его ногам, но мальчишка не заметил этого. Куроко слышал, как тихо шуршал песок под подошвами кед нарисованного мальчишки, а рядом негромко шептали перекатывающиеся волны океана с белыми барашками на поверхности. Легки бриз трепал волосы мальчишки и дергал за разноцветные концы тонкий шарф.

Усиливая штриховку, ослабляя напор, размашисто, сдержанно – Тэцу погрузился в рисование так глубоко, что уже перестал обращать внимание на окружающую действительность. Сейчас перед ним был рассерженный мальчишка-мечтатель, который хочется новых открытий, но еще слишком мал, чтобы совершить настоящее кругосветное путешествие. И хотя рисунок получался черно-белым, перед глазами разворачивалась яркая картина с пламенеющим закатом и легкой морской синевой. Белые бумажные самолетики беспечно парили в предзакатном небе, рассекая маленькими носами воздух, пытаясь бороться с ветром и мягко приземляясь неподалеку на сине-зеленые волны.

Он увлекся настолько, что не заметил, не понял, как его щеки коснулись горячие губы. Неловко дернувшись в сторону, немного испугавшись такого неожиданного поворота событий, Куроко выронил карандаш, а следом за ним на землю упал и рисунок. Он тут же бросился подбирать его, ощущая сумасшедшее смущение. Все чувства смешались. Он не знал, как правильно отреагировать на этот поступок Ито. Усевшись снова на скамейку, Куроко никак не мог заставить себя посмотреть в глаза однокласснику. Он сжимал в руках лист с нарисованным Ито и думал только о том, как бы поскорее вернуться домой.

- Здорово рисуешь, - будничным тоном, словно ничего и не произошло, заметил Ито.

Куроко помолчал, но все-таки ответил:

- Тебе нравится?

- Ты шутишь? – оживился мальчишка. – Не то слово! Это просто потрясающе! Постой… - он взял лист и пригляделся. – Это я, что ли? – глядя на рисунок, Ито удивленно округлил глаза.

- Да.

Очарование образа все еще стояло перед глазами – морское с закатным солнцем и парящими самолетиками. Куроко смотрел на рисунок и совершенно не представлял, что сейчас творилось в голове у его соседа по скамейке. А творилось там что-то совершенно невообразимое.

- Держи. Дарю.

И Тэцу протянул рисунок товарищу. Ито покраснел, но тут же постарался вернуться в свое обычное состояние уверенности и невозмутимости, чтобы не выглядеть глупо перед Куроко.

- Ух ты! Спасибо! Здорово! Спасибо тебе! – как заведенный, повторял он слова благодарности.

Куроко чувствовал, что кроме обычной благодарности Ито хотел сказать еще что-то, но на сегодня неожиданностей было достаточно.

- Пойдем. Время уже позднее, а нам надо еще успеть вернуться домой. Мама не переживет, если я задержусь хоть на пару минут.

- Да не вопрос, - Ито уже стоял перед ним, сунув руки в карманы, а глаза его светились от счастья.

Тишина вокруг них располагала к дружеской беседе, но Тэцу не стремился начинать разговор. Он упрямо молчал, думая о том, что в следующую прогулку обязательно вытащит Ито на баскетбольную площадку. На детских площадках было тихо и пустынно. В песочницах лежали оставленные разноцветные формочки и совки. Солнце пробивалось сквозь густую листву, бросая на песок круги света. Навстречу им попадались пары, которые в это время приходили в парк, чтобы провести время вдвоем. Семейные пары, группы парней и девушек, что рассаживались по свободным скамейкам, или же неспешно гулявших по парку.

Они шли по красивым дорожкам, выложенным фигурными плитками, к выходу и молчали, думая каждый о своем. Ито нес рисунок, бережно держа его обеими руками. Куроко так и не убрал карандаш в рюкзак, сжимая его в кулаке.

Они почти дошли до выхода, когда Куроко услышал негромкую музыку. Оба остановились и прислушались – музыка доносилась откуда-то со стороны молодежной площадки. Ритмичная, раскачивающаяся, она разрывала тишину, наполняя басами теплый вечерний воздух, вторгаясь в расслабленные тела, заставляя сердце биться в ритме.

Не думая, Куроко свернул туда, откуда доносилась музыка. Как завороженный, он шел на звук, предчувствуя что-то необычное. Все ближе и ближе. Ему уже была видна сама площадка и собравшийся вокруг нее народ. Музыка звучала так громко, что ему казалось, будто басы отбивают прямо в сердце. Выйдя на площадку, он резко остановился, и тут же Ито, следовавший позади, налетел на него.

- Эй, Тэцу, предупреждать же…

Но он не договорил.

Группа из четырех парней и одной девушки словно зависла в центре, окруженная людьми. А когда музыка стихла и вновь качнулась густым битом и синтетическим ритмом, девушка начала двигаться. Медленно, будто в замедленной съемке, она извивалась подобно змее, передавая очередь движения партнеру, высокому парню с хитрым прищуром, который в свою очередь вытянул за собой еще двоих. Синхронность движений, свобода и полный уход в музыкальные волны был у команды настолько органичны, что Куроко забыл, как дышать.

Не глядя, он вытащил из рюкзака папку с листами, вытащил один и принялся быстро зарисовывать увиденное. Он лишь мельком видел последнего парня из команды, спеша все зарисовать – девушку, первого парня, затем еще двух, и последнего, самого органичного и гибкого, чьи движения сливались с битами и музыкальной волной.

Когда же музыка стихла, а толпа восхищенно зааплодировала и заулюлюкала, Куроко взглянул на свой рисунок и обомлел – с листа, последний, на него смотрел тот самый парень с баскетбольной площадки, что загадочным образом появлялся на каждой странице альбом. Волнение поднялось внутри, заставляя зажмуриться, но Тэцу поднял глаза. Счастливая команда раздавала автографы своим поклонникам. И тот парен бы совсем рядом. В легких перехватило. Он попятился от центра, стараясь выйти из толпы. Дышать стало невыносимо трудно, горло будто сдавили тиски, а легкие наполнились сухим и горячим дымом. В глазах потемнело. А толпа все теснила его, стараясь вытолкнуть за свои пределы.

- Куроко! – услышал он рядом с собой и почувствовал, как его схватили за плечи. – Ты чего?!

- Ингалятор, - едва просипел он, стараясь успокоиться, но волнение и растерянность мешали собраться.

В момент, когда он почувствовал, что не может дышать, в рот попал живительный охлаждающий воздух, а его самого крепко удерживали чьи-то руки.

@темы: Мой любимый художник - 2, Kuroko No Basuke